top

МАГ/The International Association for the Humanities     ЖУРНАЛ МЕЖДУНАРОДНОЙ АССОЦИАЦИИ ГУМАНИТАРИЕВ | Volume 5, Issue 1 (34), 2016.

Аспирантура в Штатах

Twitter ButtonGoogle+ ButtonFacebook Button

Различия между “нашей” и “их” аспирантурой обсуждаются, очевидно, с тех пор, как постсоветская академия начала входить в глобальное академическое пространство: появилась проблема “конвертации” дипломов, признания степеней, сопоставимости компетенций, а также “ценности” и престижа” степеней, полученных в различных странах. Журнал “The Bridge-MOCT” уже публиковал некоторые материалы на эту тему, например, интервью с профессором Принстонского университета Сергеем Ушакиным и эссе Александра Першая, получившего докторскую степень в Университете Трента в Канаде. Некоторое время назад Ирина Зайковская, аспирантка Michigan State University, написала в своем личном блоге об опыте поступлении в аспирантуру американского универистета, а также рассказала о первых неделях учебы. Мы попросили разрешения опубликовать эти материалы в нашем журнале и выразили надежду, что рассказ о ее учебе и жизни на кампусе продолжится. Ниже – первый материал серии об аспирантской жизни и судьбе. 

 

3 ZaykovskayaПредисловие

Поехать учиться за рубеж я, кажется, хотела всегда. По крайней мере, с того момента, когда узнала о существовании кампусов, а это случилось еще в школе, кажется, даже в начальной. Сама идея города, где практически все либо учатся, либо учат, казалась мне просто восхитительной – и это даже при том, что в школе моя успеваемость оставляла желать лучшего. Но это желание жило где-то внутри меня само по себе, а в реальности я даже и не думала, что такое возможно. Недавно совсем встретила в метро своего бывшего студента, мы поболтали, я сказала, что уезжаю учиться в США. Он удивился и ответил: “Надо же, я думал, такое только в кино бывает!” Для меня это тоже было чем-то из области фантастики, даже несмотря на то, что я знала о реальных людях, уехавших учиться. Мне просто казалось, что они это они, а я это я, и это всё – не из моей сказки. Рожденный ползать, сами понимаете, не орёл.

 
Глава 1. Начало

Потом произошли некоторые события в личной жизни, и примерно через полтора года стало понятно, что мне нужно думать о переезде в США. Была весна 2012 г., кандидатскую я защитила за полгода до этого, оставалось только дождаться «корочек». И я подумала: я теперь кандидат наук, у меня приличный опыт преподавательской работы, в том числе с иностранцами, то есть я идеальный кандидат на должность преподавателя русского языка в каком-нибудь американском вузе. Я записалась на TOEFL и одновременно стала просматривать объявления о вакансиях на сайте AATSEEL (American Association of Teachers of Slavic and East European Languages). Вакансий было довольно много (это характерно для весны: ищут преподавателей на следующий учебный год), для некоторых я не подходила явно (например, нужно было владеть польским или иметь степень Ph.D.), но для остальных, казалось, вполне годилась. Я сдала TOEFL без особых проблем, на 113 баллов из 120 (хотя меня расстроил относительно низкий балл за writing – 25 из 30), попросила одну старшую коллегу и двух бывших профессоров написать мне рекомендации, подготовила резюме (живущий в Штатах друг, к которому я обратилась за советом, убедил меня включить туда всё, что мне самой казалось не стоящей упоминания ерундой, вроде опыта организации конференций) и стала писать и рассылать cover letters вместе со всеми полагающимися документами. Уже точно не вспомню, но я отправила заявок 5-6. И на все, как можно догадаться, получила вежливый отказ. Не знаю, что было критичнее, отсутствие Ph.D. (хотя кандидатская-то степень была, а слависты, в отличие от всех остальных американцев, должны понимать, что это такое) или мое гражданство, которое предполагало необходимость делать мне рабочую визу. Факт, тем не менее, остается фактом: работу найти не удалось. Тогда мы с другом посовещались и решили, что дальнейшие поиски работы вряд ли будут более перспективны. И я решила искать аспирантуру.

 

Глава 2. Печальная

Я думала, что как только университеты узнают, какая я чудесная и как много я знаю и умею, они тут же падут к моим ногам, все сразу, и будут драться за меня до последней капли финансирования. При этом я толком не исследовала имеющиеся возможности, и потом мне еще долго мерещился Шерлок, снисходительно рекомендующий: «Do your research!» Я средненько, но сдала обязательный GRE, чем тогда почти гордилась. Подавала в шесть мест (в один из университетов, Ohio State, на две программы): четыре программы Linguistics и две программы Slavic Studies. Уровень университетов и программ я при этом не учла, так что подавалась даже в явно слишком крутые для меня University of Michigan и Georgetown University. Кроме того, все мои statements of purpose содержали детальное описание моего бэкграунда (а это мало кому интересная лексикография, вернее, даже не лексикография, а лингвистика текста, но кто же будет разбираться, если уже в названии диссертации есть слово «словарь») – и куцый абзац, повествующий о том, чем я хотела бы заняться в будущем, причем с очень вялой привязкой к интересам преподавателей интересующей меня кафедры. Просто я и сама не понимала точно, в какой области мне интересно было бы работать дальше. В результате уже ранней весной у меня на руках было 4 отказа (все – от программ по лингвистике). Некоторое время я еще надеялась на славистику (это были Ohio State University и Indiana University-Bloomington). В Огайо мне не отвечали настолько долго, что мне пришлось бомбардировать кафедру письмами и звонками. Насколько я понимаю сейчас (я писала жалобу в admissions office и получила официальный ответ, а потом, уже летом, говорила с одним из профессоров, который был не в курсе ситуации), я попала на период административных проблем на кафедре, так что свой отказ я получила уже, кажется, в июле. Зато из Индианы я получила приглашение – но без какого-либо финансирования. Разумеется, мне пришлось туда написать, что денег у меня нет, но приглашение было действительно два года, и я решила этим воспользоваться и отложить решение. Таким образом, в начале прошлого лета я была в совершенно подавленном состоянии, потому что за долгие годы учебы в университете я привыкла, что у меня получается всё и сразу – а тут оно вон как оказалось. Меня  утешали тем, что мало у кого получается с первого раза, но самооценка все равно пострадала.

 

Глава 3. Осмысление

Большую часть прошлого лета я провела в Америке у друзей. Поначалу тосковала, учила немецкий с помощью Rosetta Stone и старалась не думать о будущем. Учебники для подготовки к GRE смотрели на меня с упреком, потому что интересовался ими только кот и моя подруга, которая приехала в гости из Нью-Йорка и с энтузиазмом взялась решать тестовые задания перед сном. А потом так получилось, что я поехала с друзьями из Мичигана в Сент-Луис через Индиану. Я написала в университет, который меня принял, спросила, не хотели бы они меня там увидеть, и они, к моему удивлению, согласились. Целый день я провела там, поговорила с заведующим кафедрой Расселлом Валентино, с профессурой, в том числе с Джорджем Фаулером, который был назначен моим initial advisor (он лично забрал меня из гостиницы на машине, покатал по кампусу и сам со всеми познакомил), и с девушками, которые там уже учились. В итоге deferral (т.е. возможность отложить решение на один год) мы оформили официально, а мне пообещали постараться найти для меня финансирование в виде Teaching Assistantship (далее в тексте – TA) на следующий год. А девушки случайно обмолвились о том, что существуют отдельные программы по Second Language Acquisition, и некоторые получают двойную степень, по славистике и SLA сразу. В общем, из Блумингтона я уехала вдохновленная – и начала шевелиться. Что я сделала? Пошерстила гугл, нашла все существующие в Штатах программы по Second Language Acquisition, отмела те, где интересы профессуры сводились только к суровой грамматике и фонетике, а также те, которые были в слишком далеких университетах (например, на Гавайях), и начала, наконец, делать тот самый не сделанный в прошлом году «рисёч» по оставшимся. Быстро выяснилось, что одна из лучших программ обитает не где-нибудь, а в Michigan State University, то есть всего-то в полутора часах езды от Детройта (а осесть я хотела именно в окрестностях Детройта). Написала директору программы, Сьюзен Гасс, и попросила о встрече. Встречу мне быстро назначили, меня подбросили до Детройта, а там я села в автобус и поехала в Ист Лэнсинг. А когда приехала – пропала, потому что там мне понравилось вот вообще всё. Кампус, зелёный и с велодорожками. Здание, в котором программа сидит, – новое, светлое, с интересными коридорами и закоулками, в которых лежат всякие смешные пуфики для сидения, да еще и со Старбаксом на первом этаже. Сама Сьюзен Гасс – она удивительная, энергичная и доброжелательная, и это несмотря на ее исключительно высокий статус в научной среде и огромное количество опубликованных книг. Профессора, с которыми она меня познакомила. Студенты программы, которые показали мне корпус, сводили в столовую и рассказали много всего интересного. Короче говоря, я поняла, что не просто хочу туда, а ХОЧУ. Но было понятно, что конкурс на эту программу высокий, да и в Индиане не было никаких гарантий, так что подавать документы я решила на несколько программ.

 

Глава 4. Yes, we can!

Вернулась в сентябре домой, поплакала и начала уже всерьез готовиться к GRE. В прошлом году моей ошибкой было уделять равное внимание трем частям экзамена: аналитическому письму, математике и “английскому” (в скобках, потому что это не то чтобы язык как таковой, скорее, умение читать), в итоге и результат был средний. На этот раз я решила сосредоточиться на письме, плюнуть на математику (как будет, так и будет) и продолжать учить хитрые слова. Таким образом, слова я учила в основном по дороге на работу и с работы, писала каждый день, математикой занималась тоже каждый день, но понемногу, не больше часа. Результат превзошел все мои ожидания: по “языковой” части у меня было 164 балла, а это означало, что 93% всех сдававших этот экзамен (а среди них большинство – носители языка) сделали это хуже меня. Если кому-то интересно, я подробно писала про GRE по заказу сайта книжного магазина “Британия”. И, разумеется, подход к мотивационным письмам теперь был совсем другим. Во-первых, я еще до подачи документов написала руководителям всех интересовавших меня программ, поговорила в скайпе с двумя из них и по электронной почте – еще с несколькими. Во-вторых, я сократила информацию о бэкграунде в пользу описания своих исследовательских интересов. Друзья мне, конечно, очень помогали. Так или иначе, я всё отправила – и оставалось ждать. Уже 14 января я получила письмо от профессора Гасс: “The admissions committee has met and I am pleased to offer you admission to our program beginning Fall 2014. The competition was quite strong with nearly 90 applicants for about 7 spaces”. Сказать, что я была счастлива, – это ничего не сказать. Правда, вопрос финансирования оставался открытым.
Я подала заявку на ТА в English Language Center. Поскольку всем формальным требованиям (баллы TOEFL, опыт работы) я соответствовала, мне назначили интервью по скайпу в начале февраля. Разговаривали со мной почти час, всё это было очень мило. Сказали, что к концу марта все решения должны быть приняты, и мне оставалось только ждать. Это, наверное, было вообще самое тяжелое время, потому что я понимала: вот оно, счастье, его видно, его почти можно потрогать, и время поэтому тянулось неприлично медленно. И, наконец, в середине марта получила следующее письмо: “We are just beginning to finalize our funding possibilities and I am pleased to offer you four years of funding in the SLS program working with the Russian program”. И вот тогда стало понятно, что да, я это сделала. Причем это было гораздо лучше, чем TA в English Language Center, потому что там нельзя было бы работать дольше пары лет и нужно было бы искать потом другое финансирование. А так я спокойна на 4 года. Если, конечно, буду хорошо учиться и добросовестно работать 20 часов в неделю. В течение первого семестра я буду именно ассистентом преподавателя, а со следующего, возможно, разрешат преподавать самостоятельно.

 

Глава 5. Начало

Большую часть весны я занималась оформлением визы и поиском жилья и руммейта (живем мы, конечно, не в одной комнате, а в одной квартире, но здесь это все равно принято называть руммейтством). Нашла чудесную девушку Дженнифер, которая только что с отличием закончила University of Iowa по лингвистике и музыке, а в MSU будет учиться в магистратуре TESOL. Главное, что голова моя была все это время занята. Потом была сессия на работе, написание методичек и много разных дел. И только тогда до меня дошло, что я вообще-то не в конце пути, а только в его начале.

Продолжение следует.

 

Ирина Зайковская училась на филологическом факультете РГПУ им. А.И. Герцена (бакалавриат по профилю «Русский и английский языки», магистратура по направлению «Языковое образование»), там же в 2011 году защитила кандидатскую диссертацию по специальности «Русский язык». С 2006 по 2014 гг. работала в Петербургском государственном университете путей сообщения, преподавала английский язык и русский язык как иностранный, занималась техническим переводом. В 2014 г. поступила в аспирантуру (Ph.D.) по программе Second Language Studies в Michigan State University (Ист Лэнсинг, штат Мичиган, США).

,

Comments are closed.