top

МАГ/The International Association for the Humanities     ЖУРНАЛ МЕЖДУНАРОДНОЙ АССОЦИАЦИИ ГУМАНИТАРИЕВ | Volume 5, Issue 1 (34), 2016.

Неформальная торговля, гендер и опыт границ: от политических границ к социальным

Twitter ButtonGoogle+ ButtonFacebook Button

В издательстве Ashgate в серии «Border Regions Series” вышла книга Ольги Сасункевич (Европейский гуманитарный университет, Вильнюс, Литва) “Informal Trade, Gender and the Border Experience: from Political Borders to Social Boundaries”. Сюжет книги построен вокруг двух основных тем: повседневной истории беларусско-литовского пограничья после распада Советского Союза и женского опыта приграничной торговли в этом регионе.

sasunkevich_Trade genderКнига явилась результатом историко-антропологического исследования, проведенного автором в 2010 – 2012 гг. в небольшом беларусском городе Ошмяны, расположенном в 20 км от беларусско-литовской границы. Материалом для анализа послужили углубленные интервью с женщинами, которые были вовлечены в челночную торговлю в разные периоды существования границы; результаты включенного наблюдения; эссе, присланные на организованный исследовательницей конкурс «Значение границы для меня и моей семьи»; а также анализ местной прессы, белорусских и международных документов, определяющих и регулирующих режим беларусско-литовской границы начиная с ранних 1990-х и до начала 2010-х.

Автора интересовали две темы. Во-первых, в книге показывается, каким образом в современном глобальном обществе политические границы (political borders) выполняют функцию границ социальных (social boundaries) и как режимы политических границ могут производить и укреплять социальное неравенство. Во-вторых, Ольга Сасункевич исследует женский опыт приграничной торговли и ищет ответ на вопрос, являются ли женщины, вовлеченные в эту неформальную практику, только жертвами постсоциалистических трансформаций и гендерного и экономического неравенства или же у них есть другая, более положительная мотивация.

В теоретической литературе по теме границ одной из основных функций пограничных режимов является контроль над «прозрачностью» границы. Считается, что любые пограничные режимы призваны дифференцировать людей, которые пересекают границы, на «желательных» и «нежелательных». Во введении в книгу рассматривается, как именно режимы политических границ осуществляют эту дифференциацию. Во-первых, исследовательница работает с идеей финского географа Ансии Пааси, который полагает, что любые политические границы обладают «избирательной открытостью»: разные группы граждан обладают различными правами и возможностями их пересечения (Paasi, 2011). С одной стороны, такая селективность может служить дискриминирующей практикой, когда определенные социальные группы («отобранные» на основании классовой, национальной или этнической принадлежности) не имеют возможности пересекать границу или же ограничены в этой возможности. С другой стороны, в локальном контексте пограничного города «селективная открытость» границы может служит ресурсом для тех, кто имеет регулярную возможность пересечения границы на тех или иных основаниях. Проводя ретроспективный анализ документов, регулирующих мобильность на беларусско-литовской границе, а также историй женщин, вовлеченных в приграничную торговлю, исследовательница показывает, что для жителей и жительниц Ошмян в разные периоды существования границы такими основаниями могли служить возраст, этничность, место рождения или даже конфессия. Принадлежащие к определенным социальным группам женщины получали возможность ездить в Литву (страну – члена ЕС) беспрепятственно, тогда как другие горожане такой возможности были лищены. Таким образом, фильтрующая функция границы может выступать в качестве ресурса, благодаря которому пограничная торговля становится экономически выгодной практикой. Иными словами, в ситуации полной прозрачности границы приграничная торговля может не иметь экономического смысла.

Вторым моментом, которые позволяет аналитически связать политические  и социальные границы, является вопрос влияния географической мобильности на социальную. Что дает доступ к пересечению границы? Как географическая мобильность между двумя странами влияет на изменение социального и экономического статуса? Как подчеркивает исследовательница, ограниченность ее эмпирической базы не позволяет ответить на этот вопрос однозначно. Однако определенная зависимость между этими видами мобильности существует. В частности, некоторые феминистские географы отмечают, что ограничение географической мобильности женщин может отрицательно сказываться на их социальном статусе. Однако одновременно географическая мобильность сама по себе может служить предпосылкой для понижения статуса (как, например, в случае с некоторыми видами экономической миграции или беженством). Поэтому выявление зависимости между географической и социальной мобильностями требует тщательного сравнительного анализа. Как показывает анализ жизненных траекторий женщин, вовлеченных в приграничную торговлю, для некоторых из них доступ к географической мобильности стал важным фактором не только экономического выживания после распада Советского Союза, но и повышения социального статуса, по крайней мере на местном уровне. Однако более детальное изучение различных факторов показывает, что важны и другие обстоятельства: поддержка со стороны семьи, необходимость обеспечивать детей, наличие дополнительных доходов и так далее.

Третий аспект взаимосвязи политических границ и социальных становится видимым в момент пересечения границы. Следуя идее французского философа Этьена Балибара, согласно которому граница является местом «символического признания социального статуса» (Balibar, 2002), Ольга Сасункевич показывает, что прохождение границы является важным моментом социальной дифференциации. Социальный “профайлинг” (отбор для особой проверки), разные  процедуры проверки для граждан различных государств и межгосударственных образований – все это  инструменты социального различения, которое реализуется посредством режима контроля над политической границей. На локальном уровне момент дифференциации проявляется в более пристальном внимании со стороны таможенного и пограничного контроля к жительницам пограничья, которые изначально подозреваются в провозе контрабанды. Однако социальная дифференциация осуществляется не только официальными лицами, но и другими пассажирами. Во время поездки некоторые люди стремятся сознательно отделить себя от «контрабандисток», тем самым  подчеркивая, что их кросс-граничная мобильность отличается от кросс-граничной мобильности приграничных жителей. Это различие фиксируется не только в стратегиях поведения во время прохождения границы, но также на уровне медийного и даже академического дискурса. Например, беларусские журналисты и, реже, исследователи делят кросс-граничную мобильность на «приемлемую» и «неприемлемую», способствующую европеизации и просвещению граждан и не имеющую к ней отношения, как в случае с мобильностью с целью торговли и/или контрабанды.

Второй исследовательский вопрос книги связан с пониманием женского опыта приграничной торговли и его включением в более широкие контексты локальной, национальной и глобальной экономик. В книге детально рассматриваются причины, по которым женщины начинают заниматься приграничной торговлей. С одной стороны, экономическая уязвимость, обусловленная недостатком хорошо оплачиваемых рабочих мест, гендерной сегрегацией рынка труда и, в ряде случаев, отсутствием в семье второго кормильца, является одним из основных факторов, вынуждающих женщин искать дополнительные источники заработка, которым в ситуации пограничья становится хорошо известная и широко распространенная практика кросс-граничной неформальной торговли или контрабанды. С другой стороны, эта деятельность имеет и позитивные аспекты. Во-первых, как показывает автор, женщины обладают рядом ресурсов, которые делают неформальную торговлю доступной для них формой экономической активности. Эти ресурсы могут быть не такими значимыми, как деньги или социальные связи, но они в ряде случаев позволяют женщинам легче преодолевать сложные социальные и экономические обстоятельства.

Хотя сами женщины часто обесценивают свои «особые знания», которые формируются из опыта организации повседневного потребления и ведения домашнего хозяйства, их наличие является важным фактором в эффективной организации приграничной торговли.

Во-вторых, кросс-граничные поездки часто являются позитивным эмоциональным опытом социализации и совместного переживания. Описания поездок , данные некоторыми респондентками, носили скорее приключенческий характер и часто сопровождались положительными воспоминаниями об общении с другими женщинами и совместном успешном прохождении границы с применением различных мелких хитростей, таких, как распределение между всеми путешественницами больших партий одинакового товара с целью отвлечения внимания таможни. В целом, неформальную торговлю в регионе беларусско-литовского пограничья можно понимать не столько как стратегию выживания, сколько как повседневную тактику, обусловленную особенностями жизни на пограничье. Женская пограничная торговля может рассматриваться как «оружие слабых» (в терминах антрополога Джеймса Скотта), то есть как своего рода сопротивление экономическим, социальным и политическим обстоятельствам с помощью доступных повседневных ресурсов и практик.

Эта книга может заинтересовать не только исследователей границ и гендерных аспектов приграничной экономики, но и тех, кто занимается  историей повседневности, постсоциалистическими трансформациями, а также и социальными и экономическими процессами в современной Беларуси.

 

Ссылки:

Balibar, É., 2002. Politics and the Other Scene. London & New York, Verso.

Paasi, A., 2011. A Border Theory: An Unattainable Dream or a Realistic Aim for Border Scholars? In: D. Wastl-Walter, ed. 2011. The Ashgate Research Companion to Border Studies. Farnham & Burlington: Ashgate, pp. 11–31.

,

Comments are closed.